Прощание с Никой Турбиной. "ТЯЖЕЛЫ МОИ СТИХИ -- КАМНИ В ГОРУ..."

Стихи посетили Нику Турбину в 4 года. Ребенок пугал маму и бабушку тем, что не спал по ночам -- диктовал стихи. В 9 лет ялтинская девочка-гений стала знаменитой на весь Союз, в неполных 16 вышла замуж за 76-летнего итальянца, с ним уехала в Швейцарию, потом развелась и вернулась... В 22 года Ника шагнула с балкона пятого этажа, но выжила. А в 27 шагнула снова... Ника Турбина родилась в Ялте 17 декабря 1974 года и, по удивительному совпадению, училась в школе (бывшей гимназии), где в начале века училась Марина Цветаева. Когда девочке не было и десяти, в Москве вышел ее первый сборник -- "Черновик", вступительное слово к которому написал Евгений Евтушенко. Какое-то время он опекал девочку, даже возил в Венецию, где юная поэтесса получила премию "Золотой лев"... А потом девочка выросла и стала никому не нужна. ...Несколько дней тело Ники Турбиной лежало в морге больницы имени Склифосовского, после чего было кремировано. Только один человек принес Нике последние цветы -- ее преподаватель по Университету культуры Алена Галич, дочь Александра Галича. Вчера нам удалось поговорить по телефону с Аленой Александровной: -- Нику уже кремировали, но пока еще не захоронили, потому что я прошу, чтобы нам разрешили похоронить ее на Ваганьковском кладбище, там, где лежат все поэты, и чтобы похороны были нормальные. -- Когда это произошло? Ведь чуть ли не день в день с предыдущей попыткой (в ночь с 14 на 15 мая 1997)? -- Это случилось 11 мая. Но здесь немножко другие обстоятельства... абсолютно непонятно, что произошло: либо несчастный случай, либо кто-то ее подтолкнул. Суицида не было! Абсолютно честно вам говорю, у меня все документы. -- У нас очень мало информации... -- Откуда же ей было появиться, если они даже мне ничего не говорили: я узнала обо всем только накануне кремации в полвторого ночи! Майя (мама Ники -- Авт.) тоже ничего не знала, всем распоряжался Саша. Так нараспоряжался, что на кремации было 4 бомжа, да еще я, мой сын и мой студент. Саша -- это человек, с которым она жила. Он актер, и тоже пил. С ним были еще женщина и два непонятных человека. Страшнее не придумаешь! Ника родилась в Ялте, но всю взрослую жизнь прожила в Москве, и очень много людей хочет с нею проститься, а в Ялту не все могут выбраться. Майя сначала сопротивлялась, но все потом вместе решили добиваться захоронения в Москве. Майя с трудом нашла деньги, чтобы завтра-послезавтра вылететь ко мне. Я ей сказала, что она может остановиться у меня. Надо, чтобы Людмила Владимировна прилетела -- это бабушка Ники, она всегда с нею по миру ездила. Может, власти Киева или Ялты ей помогут? -- Говорят, что Ника с родственниками практически не общалась? -- Почему? Она каждое лето бывала в Ялте. Но жила и училась здесь, у нее московская прописка, она гражданка России. -- Мы прочли на каком-то сайте... -- (перебивая) ...что она была парализована? Полная чушь! -- А когда она поступала в Университет культуры, вы уговорили ректора, чтобы Нику приняли без экзамена по русскому языку, потому что она так и не научилась писать? -- Все правильно. Она не умела писать. Вернее, у нее была своя "скоропись". Она писала замечательные стихи, но ее почерк нельзя было разобрать. Она писала все время, эти клочки разбросаны везде. А вообще, мы имели право ее и без экзаменов принять, как мне сказал ректор. Сочинение она написала бы прекрасно, просто его прочитать никто не смог бы. -- А кто-то говорит, что Ника уже много лет не сочиняла! -- Это неправда. В документальном фильме Ялтинской студии она сказала, что не помнит стихов. Во-первых, они ее напоили перед интервью, а во-вторых, она действительно не помнила. Мы сейчас пытаемся дополнить ее книгу и переиздать. Я на днях нашла ее записку, чтобы показать журналистам, как она пишет -- чтобы слухи прекратились, якобы она не сама пишет. Когда Ника нервничала и писала что-то серьезное (где-то у меня валяется тетрадка с ее докладами), не дописывала... Я за 10 лет научилась разбирать ее почерк. -- У нее ведь и раньше были попытки покончить с собой? -- Нет, попытка была только одна. И тоже... там была ссора, был какой-то толчок. -- Но ведь она себе и вены резала... -- Вены она резала в состоянии подпития, но тут же бежала и их зашивали. Она все время боролась. Попытки были, но это было не постоянное желание: наоборот, она хотела жить. У человека, который пьет и которого не лечили, в голове все время возникают какие-то тараканы. Я свидетель, как она выковыряла ампулу (она была "зашита"), напилась, а потом мы искали наркологическую помощь... После таких попыток она тут же приходила в себя, ее это ошарашивало и она начинала дико бороться за жизнь. Таких гениальных детей нельзя бросать! Ее приподняли, а потом все кинули. А ведь это был человек с сознанием маленького ребенка, при том, что ей было 28 лет, внутри это была маленькая беззащитная девочка. О Нике снято 8 фильмов, ее стихи переведены на 12 языков, она была в Америке, в Колумбийском университете, там даже была конференция о технике перевода стихов Ники Турбиной. Она единственная в России получила премию "Золотой лев" после Анны Ахматовой -- даже Бродский не имел этой премии, а она имела. В 12 лет! -- Когда вы виделись с Никой последний раз? -- Перед Новым годом -- она меня поздравляла. Я ждала ее на Пасху -- раньше она всегда ко мне приходила -- но она только звонила. Она занималась в театре-студии в Свиблово, и мне казалось, что у нее вроде бы все нормально. Каждый раз по телефону Ника говорила: "Я приеду, я приеду". Ну вот -- приехала... "НЕ Я ПИШУ СВОИ СТИХИ?" Вячеслав Лашук, радиожурналист, поэт, автор переводов стихов Ники Турбиной на украинский язык: -- Впервые я прочел стихи Ники Турбиной в "Комсомольской правде" 6 марта 1983 года с предисловием Юлиана Семенова. Я поехал к ней в Ялту -- было интересно проверить, "искусственный" ли это феномен: ребенок, который говорит о чувствах, понятных зрелой женщине. Дитя XXI века -- так я ее сразу для себя назвал. Приехав, увидел, что ее мама уже мечтает о лаврах всемирной славы, дедушка -- писатель, профессионал, тоже в курсе дела. Пообщались мы ни о чем, я почувствовал какую-то фальшь и ушел. Выйдя из дома, на улице встретил Нику, которая возвращалась из школы. Я сразу узнал ее, она взглянула на меня -- и я понял, что она сама пишет... Через несколько лет после ее книги "Черновик" мне попалась ее вторая книжка. Там я нашел мало нового. Это была уже не Ника Турбина... Нельзя сказать, что детский талант разбился о взрослую жизнь -- "помогли" взрослые, которые пытались из нее что-то лепить, как-то направлять. Раздули сенсацию: Центральный дом литератора, Евгений Евтушенко -- конечно, это "шарахнет" по психике. Как поэт, она успела в возрасте 8--9 лет сказать то, что должна была сказать на этой планете. Может быть, она ушла рано, как человек, но как поэт себя исчерпала. В ее поэзии -- трагедия непонимания: ей проще было говорить с улицей, с телефоном, с золотой рыбкой или тремя апельсинами, чем с родной матерью или еще с кем-нибудь. Подруг у нее не было: "Не дозвонились ко мне друзья -- возможно, денег нет..." Ее стихи очень трудно переводить: кроме ритма и рифм надо поймать образ -- в нескольких строчках такой концентрат энергетики! Ее стихи невозможно выучить, они входят в подсознание. Тяжелы мои стихи, Камни в гору. Донесу их до скалы, До упору. Упаду лицом в траву, Слез не хватит. Разорву строку свою, Стих заплачет...

По материалам газеты "Сегодня"